Медицинские ошибки примеры

Содержание

Врачебные ошибки и несчастные случаи в медицинской практике

Медицинские ошибки примеры

Неблагоприятный исход лечения, связанный с добросовест­ным заблуждением врача, принято относить к врачебным ошиб­кам. Термин «врачебная ошибка» употребляется лишь в меди­цинской практике.

Многообразие врачебных ошибок, их причин и условий воз­никновения привело к тому, что до настоящего времени нет единого понятия врачебной ошибки, что, естественно, затрудня­ет медико-юридическую оценку ошибочных действий медицин­ских работников. Основным критерием врачебной ошибки яв­ляется вытекающее из определенных объективных условий доб­росовестное заблуждение врача без элементов халатности, небрежности и профессионального невежества.

Врачебные ошибки подразделяются на три группы:

1) ошибки диагностические — нераспознавание или ошибоч­ное распознавание болезни;

2) ошибки тактические — неправильное определение показа­ний к операции, ошибочный выбор времени проведения опера­ции, ее объема и т.п.;

3) ошибки технические — неправильное использование ме­дицинской техники, применение несоответствующих медика­ментов и диагностических средств и т.д.

Врачебные ошибки обусловлены как объективными, так и субъективными причинами.

Объективные затруднения в диагностике ряда заболеваний возникают из-за скрытого атипичного течения болезни, которая нередко может комбинироваться с другими недугами или про­явиться в виде других заболеваний, а иногда затруднения в ди­агностике заболеваний и травм связаны с состоянием алкоголь­ного опьянения больного.

Большие затруднения вызывает также своевременная диаг­ностика воспаления легких у детей в возрасте 1—3 лет, особенно на фоне катара верхних дыхательных путей.

Пример.

Клава Б., 1 года 3 месяцев, умерла во время дневного сна в яслях 29 января 1998 г. С 5 по 17 января она перенесла острую респираторную инфекцию, по поводу которой ясли не посещала.

Врач яслей принял ребен­ка 18 января с остаточными явлениями после перенесенного катара верхних дыхательных путей (обильные слизистые выделения из носа, прослушива­лись единичные сухие хрипы в легких), в последующем ребенок был ос­мотрен врачом лишь 26 января.

Диагноз пневмонии установлен не был, но было отмечено, что явления катара верхних дыхательных путей держатся, но температура у ребенка была нормальная. Лечение продолжалось в яслях (микстура — от кашля, капли в нос — от насморка). Ребенок выглядел плохо, был вялым, сонливым, ел без аппетита, кашлял.

29 января 1998 г. в 13 ч Клаву Б. вместе с другими детьми в спаль­ной комнате уложили спать. Ребенок спал спокойно, не кричал. При подъ­еме детей в 15 ч Клава Б. не подавала признаков жизни, но была еще теп­лой.

Старшая сестра яслей немедленно стала делать ей искусственное ды­хание, сделала два укола кофеина, тело ребенка согревалось грелками. Прибывшим врачом скорой медицинской помощи производились искусст­венное дыхание рот в рот и непрямой массаж сердца.

Однако оживить ре­бенка не удалось.

При судебно-медицинской экспертизе трупа Клавы Б. были обнару­жены: катаральный бронхит, распространенная серозно-катаральная пнев­мония, интерстициальная пневмония, множественные фокусы кровоизлия­ний в легочную ткань, что и послужило причиной смерти ребенка.

По мнению экспертной комиссии, ошибочность действий врачей в дан­ном случае заключалась в том, что ребенок был выписан в ясли не выздо­ровевшим, с остаточными явлениями респираторной инфекции.

Врач яслей должен был обеспечить активное наблюдение за ребенком, провести допол­нительные исследования (рентгеноскопию, анализ крови). Это дало бы возможность более правильно оценить состояние больного ребенка и актив­нее проводить лечебные мероприятия.

Более правильным было бы лечение ребёнка производить не в условиях здорового коллектива детей в яслях, а в лечебном учреждении.

https://www.youtube.com/watch?v=6lfziexUK_A

Отвечая на вопросы органов следствия, экспертная комиссия указала, что дефекты ведения больного ребенка обусловлены в значительной степени трудностью диагностики интерстициальной пневмонии, которая протекала при малонарушенном общем состоянии ребенка и нормальной температуре тела. Пневмония могла развиться и в последние дни жизни ребенка. Смерть детей при пневмонии может наступать и во сне без каких-либо вы­раженных признаков заболевания.

Экспертная комиссия рекомендовала данный случай атипичного течения пневмонии обсудить в детских медицинских учреждениях, обратив внимание на терапевтическую тактику врача при ведении такого рода больных детей.

Практика показывает, что большинство врачебных ошибок связано с недостаточным уровнем знаний и небольшим опытом врача. Вместе с тем ошибки, например диагностические, встре­чаются не только у начинающих, но и у опытных врачей.

Реже ошибки обусловлены несовершенством применяемых методов исследования, отсутствием необходимой аппаратуры или техническими недочетами в процессе ее использования.

Пример.

Больной П., 59 лет, поступил 10 февраля 1998 г. в больницу 131 с диагнозом: гипохромная анемия. При клиническом обследовании установле­на грыжа пищеводного отверстия диафрагмы, рентгенологически обнаруже­на ниша в нижнем отделе пищевода.

Для уточнения характера ниши и исключения злокачественного новооб­разования по медицинским показаниям больному 12 февраля 1998 г.

про­ведена эзофагоскопия, в процессе которой было установлено, что слизистая оболочка пищевода настолько утолщена, что трубку не удалось провести даже в верхнюю треть пищевода.

В связи с неясностью эзофагоскопической картины были рекомендованы повторное рентгенологическое исследо­вание и эзофагоскопия под наркозом.

На следующий день состояние больного П. резко ухудшилось, темпе­ратура повысилась до 38,3°С, появилась боль при глотании.

При рентге­нологическом исследовании 15 февраля у больного выявился дефект в левой стенке пищевода и обнаружено затемнение в области верхнего отдела сре­достения. Диагноз: разрыв пищевода, медиастинит.

В этот же день произ­ведена срочная операция — вскрытие околопищеводной клетчатки слева, опорожнение абсцесса, дренирование средостения. Послеоперационное те­чение протекало тяжело, на фоне анемии.

2 марта 1998 г. у больного П. внезапно появилось массивное кровоте­чение из раны на шее, от которого он через 10 минут скончался.

При судебно-медицинской экспертизе трупа П.

установлено: инстру­ментальный разрыв передней и задней стенок шейного отдела пищевода, гнойный медиастинит и осумкованный левосторонний плеврит; состояние после операции — дренирование абсцесса околопищеводной клетчатки сле­ва; небольшая эрозия левой общей сонной артерии; большое количество темно-красных свертков крови в полости дренажного канала, малокровие кожных покровов, миокарда, печени, почек, умеренно выраженный атеро­склероз аорты и венечных артерий сердца, рассеянный мелкоочаговый кар­диосклероз, сетчатый пневмосклероз и эмфизема легких.

В данном случае техническая ошибка в процессе эзофагоско­пии привела к тяжелому заболеванию, осложнившемуся смер­тельным кровотечением.

Современной формой врачебных ошибок являютсяятрогенные заболевания, возникающие обычно от неосторожного слова или неправильного поведения врача или среднего медицинского персонала.

Неправильное поведение медицинского работника может оказать сильное неблагоприятное воздействие на психику больного, вследствие чего у него развивается ряд новых болез­ненных ощущений и проявлений, которые могут перейти даже в самостоятельную форму заболевания.

Подавляющее большинство ятрогенных заболеваний зависит не столько от неопытности и незнания врача, сколько от его невнимательности, бестактности, отсутствия достаточной общей культуры. Такой врач почему-то забывает, что он имеет дело не только с болезнью, но и с мыслящим, чувствующим и страдаю­щим больным человеком.

Чаще ятрогенные заболевания развиваются в двух формах: значительно ухудшается течение имеющегося у больного орга­нического заболевания или появляются психогенные, функцио­нальные невротические реакции. Во избежание ятрогенных за­болеваний информация больному о болезни должна быть дана в понятной, простой и неустрашающей форме.

Для предупреждения любых ошибочных действий врача каж­дый случай врачебной ошибки должен быть тщательно изучен и обсужден на врачебных конференциях.

При оценке врачебных ошибок с помощью судебно-медицинских экспертных комиссий необходимо вскрыть сущность и характер неправильных действий врача и в результате получить основание для квалификации этих действий как добросовестных и, следовательно, допустимых, или, наоборот, недобросовестных и недопустимых.

Объективные трудности выявления некоторых заболеваний возникают как следствие особенностей самого па­тологического процесса. Болезнь может протекать скрыто или принимать атипичное течение, комбинироваться с другими за­болеваниями, что, естественно, не может не отразиться на диаг­ностике.

Например, сильная степень алкогольного опьянения лиц, получивших повреждения черепа, затрудняет неврологиче­ское обследование и распознавание черепно-мозговой травмы.

Ошибочная диагностика иногда обусловливается поведением больных, которые могут активно противодействовать исследова­ниям, отказываться от биопсии, госпитализации и т.д.

Несчастные случаи в медицинской практике

Иногда неблагоприятный исход операции или иного врачеб­ного вмешательства является случайным, причем врач был не в состоянии предвидеть несчастье. Такие исходы в медицинской литературе получили название несчастных случаев в медицин­ской практике.

До настоящего времени нет единого понятия «несчастный случай».

Некоторые врачи и юристы пытаются не­правомерно широко истолковывать этот термин, включая в не­счастные случаи неосторожные действия медицинских работни­ков, врачебные ошибки и даже отдельные случаи халатного от­ношения медицинского персонала к своим обязанностям.

К несчастным случаям относятся все летальные исходы, кото­рые для врача оказались неожиданными.

В качестве примеров подобных исходов можно назвать: 1) активацию хронической инфекции после операции; 2) послеоперационные осложнения — случаи перитонита и кровотечений после простых аппендэктомий, разрыв операционного рубца или тромбоз спустя много дней после операции, воздушная эмболия сердца и многие дру­гие; 3) задушение рвотными массами во время наркоза; 4) смерть после энцефалографии, эзофагоскопии и т.д.

Профессор А.П. Громов под несчастным случаем в медицин­ской практике предлагает понимать неблагоприятный исход вра­чебного вмешательства, связанный со случайными обстоятельст­вами, которые врач не может предвидеть и предотвратить.

Для доказательства несчастного случая в медицинской практике необ­ходимо полностью исключить возможность профессионального невежества, небрежности, халатности, а также врачебной ошибки.

Такие исходы иногда связаны с непереносимостью и аллергией к некоторым лечебным препаратам, что при жизни больного было неизвестно.

К настоящему времени в литературе накопился зна­чительный материал о побочных действиях различных медикаментов, в том числе об аллергических и токсических реакциях после парентерального введения антибиотиков. Одним из меро­приятий по предупреждению неблагоприятных исходов от ана­филактического шока при введении антибиотиков является пред­варительное определение чувствительности к ним больных.

Случайные неблагоприятные исходы могут наблюдаться при обследовании больных в момент различных диагностических ма­нипуляций. Судебно-медицинская практика показывает, что по­добные исходы иногда наблюдаются при диагностической ан­гиографии с использованием препаратов йода.

Иногда случайные смертельные исходы наблюдаются при переливании крови, соответствовавшей по группе крови боль­ных, или при переливании кровезаменителей.

Случайная смерть во время оперативных вмешательств наи­более трудна для распознавания, поскольку не всегда можно полностью выяснить причины и механизм ее наступления.

Таким образом, к несчастным случаям в медицинской прак­тике можно относить лишь такие неудачные исходы, при кото­рых исключается возможность предвидеть последствия врачеб­ных действий, когда неудачи в лечении не зависят от врачебных ошибок и других упущений, а связаны с атипичным течением заболевания, индивидуальными особенностями организма, а иногда и с отсутствием элементарных условий для оказания экс­тренной медицинской помощи.

Юристы должны знать, что все это необходимо учитывать судебно-медицинским экспертным комиссиям при оценке ле­тальных исходов в медицинской практике.

Прежде чем прийти к выводу о наступлении летального исхода в результате несчаст­ного случая или связать его с неосторожными действиями врача, такие комиссии должны детально изучить все обстоятельства, относящиеся к данному происшествию. Судебная медицина: Учеб. пособие для вузовПод ред. проф. А.Ф. Волынского

med-tutorial.ru

Источник: https://bogdan-63.livejournal.com/4556102.html

8 самых жутких врачебных ошибок

Медицинские ошибки примеры

Обращаясь к врачам за медицинской помощью, мы порой даже и не думаем о том, что врачи – тоже люди, а всем людям свойственно ошибаться. Но одно дело, когда врач вместо снотворного прописывает слабительное, а совсем другое, когда масштаб врачебной ошибки и ущерб здоровью пациента принимает какие-то немыслимые обороты.

Во врачебной практике бывает случаи, в которые поначалу очень сложно поверить. Стоит отметить, что ошибаются порой даже самые классные специалисты в самых дорогих и передовых клиниках. Сегодня мы расскажем Вам о восьми самых страшных врачебных ошибках.

Не та Нога!

Частенько бывает, что человек путает правую и левую стороны.  Но когда лево и право путает хирург – это повод насторожиться. В 1995 году хирург из штата Флорида в процессе операции должен был отрезать пациенту Вилли Кингу правую ногу.

Когда Вилли очнулся после наркоза, он с ужасом обнаружил, что доктор вместо больной правой отрезал ему здоровую левую.

Напуганный врач, осознавший свою ошибку, попробовал утешить пациента тем, что левая нога так же была поражена, но в ходе судебной экспертизы выяснилось, что ампутированная конечность была абсолютно здорова.  Кинг подал в суд  и выиграл дело.

В качестве компенсации он получил 900 тысяч долларов от самой больницы и 250 тысяч от самого хирурга. К тому же доктора лишили врачебной лицензии на полгода, что, на наш субъективный взгляд, чересчур мягкое наказание за такую врачебную ошибку.

Смотри в оба!

В 1892 году 10-летний Томас Стюарт в результате несчастного случае потерял глаз. Ребенок играл на кухне и случайно напоролся глазом на поварской нож, что стало причиной частичной потери зрения.

Вызванный на дом доктор Александр Праудфут решил, что поврежденный орган не спасти и он подлежит удалению.

Операция прошла хорошо, но только в самом конце операции горе-хирург осознал, что совершил самую ужасную врачебную ошибку в своей практике – вместо поврежденного глаза он по собственной невнимательности удалил здоровый.

Неправильное облучение

Не стоит предвзято относиться к облучению. Да, этот метод лечения не самый безопасный, но при правильном подходе и в малых дозах оно способно принести пользу. Но американцу Джерому Парксу не повезло.

После выявленного рака языка он был направлен на лучевую терапию, но из-за неизвестной ошибки в системе ему в течении трех дней облучали здоровую шею и стволовую часть мозга. Больной в итоге стремительно оглох, ослеп и утратил способность глотать.

Когда роковая ошибка была обнаружена, Джером уже был обречен и скончался через три недели.

Смертельная инъекция

В одном медицинском центре медсестра Вирджиния Мейсон видимо по собственной невнимательности перепутала флакон с лекарством и флакон с дезинфицирующим средством, которым обрабатывают хирургические инструменты.

Вещество было введено 69-летней пациентке, которая в скором времени умерла.

Медсестра была уволена и привлечена к уголовной ответственности, а в больнице стали более ответственно относиться к маркировке имеющихся жидкостей.

Позабытая салфетка

В 2007 году индианка Сабнам Правин стала мамой. Врачам во время родов пришлось прибегнуть к кесарево сечению. Казалось бы, вполне обычная ситуация. Но дело в том, что вскоре после операции Сабнам стала страдать от болей в полости живота.

 Доктора целых три года не могли осознать причину недомогания пациентки, и конце-концов отправили женщину на операционный стол. Оказалось, что хирург, принимавший роды, был очень невнимательным – в брюшной полости пациентки он случайно оставил салфетку.

Доподлинно неизвестно, удалось ли Сабнам получить какую-то денежную или иную компенсацию, но вот американцу Дональду Черчу повезло, и он смог заработать на врачебной ошибке 97 тысяч долларов. С ним произошла схожая история.

Когда его оперировали в 2000 году в Вашингтонском медицинском центре, в животе «запамятовали» хирургический инструмент 31 сантиметр в длину.

Пища в легких

79-летний Юджин Ригс из Сан-Франциско страдал от дивертикулярного заболевания (нарушения нормальной жизнедеятельности, работоспособности). Но не это стало причиной его гибели, а чудовищная врачебная ошибка.

Болезнь Юджина не давала ему питаться естественным методом, поэтому врачи решили, что еду можно доставлять в желудок пациенту через специальную трубочку. Но по ошибке ввели ее таким образом, что пища стала попадать не в желудок пациенту, а в его легкие. Ошибка быстро обнаружили, но увы – было уже поздно.

Спустя несколько дней Ригс скончался от осложнений, вызванных ошибкой докторов.

Не тот отец

Семейная пара, Томас и Нэнси Эндрюс, долгое время не могли завести второго ребенка естественным путем. В конечном итоге они решили прибегнуть к процедуре ЭКО.  Они и обратились в Центр репродуктивной медицины в Нью-Йорке. Вскоре процедура была проведена, и тесты подтвердили, что Нэнси беременна.

Девять месяцев ожидания и вот – ребенок появился на свет. Но новоиспеченных родителей насторожил тот факт, что кожа и волосы новорожденной были куда темнее, чем у Нэнси и Томаса. Позже, после проведения ДНК-теста выяснилось, что во время процедуры искусственного оплодотворения было использовано семя не Томаса, а другого пациента клиники.

То есть, по факту Томас не являлся отцом девочки.

Встал не с той ноги.

Некоторых врачей лучше не злить. 36-летнему Нелу Радонеску не повезло – в ходе операции по исправлению строения яичек врач полностью вырезал ему гениталии. И это произошло неслучайно.

Как оказалось в процессе операции врач неудачно задел уретру пациента, что просто вывело его из себя, и он, по собственному заявлению, на какой-то момент “полностью перестал себя контролировать от нахлынувшей ярости”.

Естественно, Нел подал в суд и добился от нестабильного хирурга денег на операцию по восстановлению своего мужского достоинства и денежной компенсации за моральный ущерб. Кроме того, ему удалось убедить суд лишить оперировавшего его хирурга врачебной лицензии.

Бесплатная консультация медицинского юриста

Источник: https://medpravo.net/8-samyh-zhutkih-vrachebnyh-oshibok/

13 жутких примеров преступной халатности медиков

Медицинские ошибки примеры

Врачебные ошибки – это та категория оплошностей, результаты допущения которых люди воспринимают наиболее болезненно. Как можно оправдать ошибкой потерю человеческой жизни? Но именно потому, что все мы – живые люди, иногда такие случаи и происходят.

Врачебные ошибки только в Америке приводят ежегодно к более чем 250 тысячам смертей, что составляет около 9,5% от числа общей смертности.

1. Вспомнить все нельзя забыть – поставьте запятую

Самая распространенная врачебная ошибка – это забытые и зашитые внутри пациента хирургические принадлежности. Такая, невинная на первый взгляд, погрешность может привести к абсолютно плачевному исходу.

Поэтому всегда в операционной поддерживается тотальный контроль за всем инвентарем, включая каждую нитку или салфетку. Но даже при таком контроле бывают случаи недосмотра и халатности медработников.

Так, в Допрополье внутри пациента был забыт двадцатисантиметровый зажим во время операции по удалению аппендикса. До того как эта штуковина была обнаружена и удалена, человек прожил с ней 5 лет.

2. Пришили и забыли

Намного хуже получился результат у врачей из Москвы. К тонкому кишечнику случайно была пришита немаленькая салфетка, что привело к летальному исходу сразу после операции.

3. Перестарался эскулап

Много ошибок происходит по неопытности. Но как можно назвать неопытным заведующего хирургическим отделением из Новосибирской области. Делая простую операцию по удалению аппендикса, он умудрился перерезать подвздошную артерию, что сразу привело к смерти человека от обильного кровотечения.

4. Пойман, но не вор

Из австралийской психиатрической лечебницы сбежал буйный пациент. Полиция тут же бросилась на поиски. Пойманный больной был сразу в наручниках доставлен обратно в клинику. Там, переодев его в уже более привычную для таких мест смирительную рубашку, доктора от души подлечили беглеца психотропными препаратами.

И только через некоторое время бедолаге удалось вынырнуть из наркотического состояния и объяснить своим мучителям, что поймали не того. Жертвой стал абсолютно здоровый и абсолютно посторонний мужчина.

Все закончилось хорошо, если не учитывать тот факт, что «псих» еще некоторое время провел под очистительными капельницами.

5. Папа может все, что угодно

Папа даже может, по чьей-то ошибке, не стать папой. Именно так произошло в нью-йоркской клинике искусственного оплодотворения. Родители заподозрили что-то неладное сразу после рождения ребенка. Малышка была абсолютно не похожа на отца, а именно, в отличие от родителей, она была темнокожей.

Как оказалось в результате проведенного в клинике расследования и теста ДНК, просто были перепутаны пробирки с биоматериалом. В результате отцом долгожданной дочери стал совсем чужой человек.

Если не брать во внимание моральный и социальный аспект проблемы, можно сказать, что все также обошлось более или менее благополучно.

6. Врач-зубочистка

Невероятная история произошла с солдатом британской армии 25-летней Элисон Дайвер. Когда их часть находилась в Германии, Элисон сломала два передних зуба. По непонятным причинам, она обратилась не к военному стоматологу, а к незнакомому гражданскому лекарю.

Так как местная анестезия на нее не действовала, она согласилась на общую. Каково же было удивление Элисон, когда после пробуждения она не обнаружила доктора, но нашла возле себя пакетик со всеми своими зубами. Так и остались неизвестными причины, побудившие нерадивого стоматолога на такой поступок.

Молодой же девушке пришлось потратить немало времени и усилий на полное протезирование ротовой полости.

7. Влево – сено, вправо – солома

Наверное, неплохо было бы использовать это простенькое правило хирургу из города Тампа, штат Флорида. Подзабыв элементарные знания он умудрился перепутать и ампутировать 52-летнему пациенту Вилли Кингу вместо правой ноги – левую. Скандал не удалось замять, и клиника вместе с хирургом лишились более миллиона долларов, отдав деньги в качестве компенсации больному.

Как и в предыдущем случае, речь пойдет об элементарной невнимательности. В 1892 году десятилетний мальчик Томас Стюарт, играя ножом, повредил себе один глаз, в результате чего утратил часть зрения.

Полностью ослепнуть ему помог доктор. Посчитав, что поврежденный глаз нужно удалить, он по ошибке удалил мальчику абсолютно здоровый орган.

Можем только догадываться, какое наказание несли врачи за свои ошибки более ста лет назад.

9. Облучение и лечение

На пациента, страдавшего раком языка, обрушилось еще большее несчастье. Джером Паркс – так звали больного – в течение нескольких дней ошибочно получал облучение, направленное на другие здоровые органы, в частности и на мозг. Следствием этого стала полная утрата слуха и зрения пациента. Невыносимые муки несчастного облегчила уже только смерть.

10. Продезинфицированный пациент

Также фатальным исходом закончилась ошибка медсестры Верджинии Мейсон. Она, невнимательно прочитав надпись на упаковке, сделала пациентке инъекцию дезинфицирующего раствора. 69-летняя Мэри МакКлинтон не пережила такой халатности.

11. Легкие вместо желудка

Как ни печально, но и этот случай относится к летальным. 79-летний пациент из Сан-Франциско Юджин Ригс страдал болезнью, которая не позволяла ему полноценно питаться через пищевод. Пищу ему планировали вводить через специальный зонд, который должен был проходить по пищеводу.

Но зонд был ошибочно введен не в пищевод, а в трахею, то есть в легкие. Мало того что зонд уже мешал нормальному дыханию, так в легкие стала поступать еще и пища. Ошибка была обнаружена достаточно быстро. С удалением остатков инородной массы из легких Юджин и врачи пытались справиться еще несколько месяцев.

Но эту борьбу за жизнь он все-таки проиграл.

12. Нервный врач хуже врачебной ошибки

36-летний Нел Радонеску из Румынии должен был перенести плановую операцию по исправлению патологии яичек. Но доктор Наум Чому внес свои коррективы в ход операции. Вспыльчивый характер врача сыграл с ним злую шутку.

Случайно задев во время операции уретру, эскулап так разозлился, что отрезал пациенту половой орган. Угомониться доктор смог, только нарезав орган кусками. Предсказуемо, что этот хирург через суд был навсегда лишен врачебной лицензии и обязан оплатить операцию по восстановлению изуродованного органа.

При этом часть кожи для операции была взята с руки неуравновешенного доктора.

13. Мальчик, девочка – не важно, главное, чтобы человек был хороший

И напоследок приведем самые безобидные врачебные ошибки. Их, наверное, может рассказать по несколько штук каждая мама. Это классические ошибки при определении на УЗИ пола будущего ребенка.

Так, один доктор обещал мальчика, показывая на экране большой «половой бугорок» (определение, наверное, понятное только этому доктору). Другой, на 22-ой неделе беременности, опять же на мониторе компьютера, отчетливо видел мошонку и гордо демонстрировал ее родителям.

Как вы сами можете догадаться, в обоих случаях родились девочки.Казалось бы, оплошность безобидная, но именно такая врачебная халатность чуть не стоила жизни двум китайским гражданам.

Ксианлианг Шен, только-только став отцом нежелательной дочери, до полусмерти избил бедную жену и совершил вооруженное нападение на доктора, обещавшего сына.

Можно принять такие оправдания врачебных ошибок, как усталость, неопытность, случайное стечение обстоятельств, невнимательность и многие другие, присущие живому человеку, черты. Но ни одно оправдание не будет столь весомым, чтобы восполнить утрату здоровья или унять боль от потери близкого человека.

Источник: https://womanadvice.ru/13-zhutkih-primerov-prestupnoy-halatnosti-medikov

Забытый зажим, неправильный диагноз. 5 историй о врачебных ошибках

Медицинские ошибки примеры

В январе 2015 года жительница Старого Оскола Юлия Хаустова попала в гинекологическое отделение второй горбольницы с разрывом кисты. Ей сделали операцию и через шесть дней выписали, но боли внизу живота так и не прекратились.

В мае 2016 года Хаустовой сделали лапароскопию, но ничего не обнаружили. А послеоперационное УЗИ вновь показало кисту больших размеров. В конце концов женщина обратилась в одну из частных клиник в Воронеже. Там ей назначили третью операцию. Хирурги обнаружили в брюшной полости пациентки не кисту, а метровую марлевую салфетку. 

«Салфетка была с гноем, она запуталась уже в кишечнике, и кишечник при этом спаялся», — рассказывает Хаустова. Женщина прожила с забытой в животе салфеткой почти два года. Из-за врачебной халатности женщине придется всю жизнь сидеть на строгой диете.

Хаустова обратилась в полицию, однако там уголовное дело за ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей и причинение тяжкого вреда здоровью возбуждать отказались: истек срок давности.

Тогда женщина и ее адвокат добились возбуждения уголовного дела за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья.

Хаустова намерена дойти до суда и добиться компенсации за лечение и моральный ущерб. 

Четыре клиники — четыре диагноза

Девятнадцатилетняя студентка из Петербурга умерла от тромбоза после того, как врачи четырех клиник за две недели не смогли поставить ей верный диагноз. Девушка принимала прописанные врачом противозачаточные таблетки.

Через неделю после сбоя в приеме контрацептива у нее заболели спина и бедро, еще через несколько дней поднялась температура. Девушка обратилась в поликлинику, УЗИ не выявило патологий, однако анализ крови говорил о воспалительном процессе.

В тот же день девушку на скорой привезли в Петербургский многопрофильный центр. Хирург поставил диагноз — «миозит большой ягодичной мышцы». Это подтвердил и гинеколог.

Больной назначили болеутоляющие и антибиотики и отправили лечиться домой. Через несколько дней боль немного утихла и девушка отправилась в университет. Однако по дороге ей стало плохо. На скорой ее увезли в Покровскую больницу.

Анализ крови говорил о развитии острого воспалительного процесса. Пациентка жаловалась на сильную боль, учащенное сердцебиение и нехватку кислорода.

Врачи решили, что у нее астенический синдром и синусовая тахикардия, и отправили домой под наблюдение гинеколога по месту жительства.

Через день состояние девушки ухудшилось. Медики скорой сделали электрокардиограмму, но никаких показаний к госпитализации не нашли. В эту же ночь боль распространилась на правую часть спины и бок, болеутоляющие перестали помогать.

На этот раз врач неотложки заподозрил у девушки остеохондроз позвоночника и порекомендовал ей сходить проконсультироваться у невролога, что она и сделала. В поликлинике поставили новый диагноз — пневмонию и инфекционный миокардит — и девушку, наконец, госпитализировали в 122-ю клиническую больницу, где она провела пять дней.

Ее состояние немного улучшилось, однако на четвертый день повысилась температура и начались судороги. Пациентку перевели в реанимацию, где она и умерла.

Судмедэксперты установили, что причиной смерти стал илеофеморальный тромбоз, развившийся в результате приема оральных контрацептивов. Одно из побочных действий препарата — повышение риска тромбоза, а у девушки, как выяснилось, была склонность к тромбообразованию. Лечившие ее врачи знали о том, что она принимает таблетки, однако не обратили на это внимания.

В сентябре 2017 года суд взыскал с медучреждений в пользу матери погибшей девушки 4,1 млн рублей. 

Почка на миллион

Жительнице Южно-Сахалинска ошибка врачей стоила почки. В 2015 году женщина обратилась в Сахалинскую областную больницу с противоречивым диагнозом, не имеющим отношения к заболеванию почек. У нее на руках были только взаимоисключающие УЗИ-протоколы.

На следующий день после госпитализации хирурги сначала осмотрели брюшную полость женщины эндоскопом через небольшой разрез (диагноз не подтвердился), а потом прооперировали.

В ходе операции врачи задели почечную артерию: чтобы остановить кровотечение, сосуд зажали специальной клипсой и забыли ее убрать.

После операции женщине стало хуже. Компьютерная томография показала, что клипса, которую врачи поставили женщине во время операции, пережала почечную артерию и орган отмирает. Женщину снова отправили на операционный стол. Хирурги увидели, что почку уже не спасти, и удалили ее.

Через некоторое время после операции женщина обратилась в областной минздрав с жалобой. Там по ее заявлению провели проверку и вынесли заключение, что врачи действовали верно, а почку удалили из-за послеоперационных осложнений. Тогда женщина обратилась в суд.

Судмедэксперты выяснили, что решение о первичном хирургическом вмешательстве было принято без достаточных оснований и что почка потеряла жизнеспособность из-за ошибки врачей. Медики не признали своей вины и несколько раз обжаловали решение суда. Однако в 2017 году суд обязал больницу выплатить пострадавшей 1,3 млн рублей. 

ВИЧ вместо ребенка

В 2010 году три женщины обратились для лечения бесплодия в элитную «Преображенскую клинику» в Екатеринбурге к гинекологу Елене Ярушиной. Пациенткам ввели специальный раствор из донорской крови, который стимулирует зачатие. Через несколько месяцев — зимой 2011 года — самочувствие женщин резко ухудшилось и они попали в больницу. Анализы выявили наличие ВИЧ-инфекции. 

Следователи выяснили, что донорскую кровь сдала медсестра, у которой позже диагностировали ВИЧ.

Кроме того, «Преображенская клиника» не имела права на какие-либо манипуляции с донорской кровью ввиду отсутствия соответствующей лицензии. Главврача клиники Андрея Сысолятина оштрафовали и уволили.

Адвокаты Ярушиной говорили, что именно он должен сидеть на скамье подсудимых. Однако главврач исчез; судебные приставы так и не смогли его разыскать.

В декабре 2014 года Елену Ярушину признали виновной в «заражении ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей» и тут же амнистировали в честь 20-летия Конституции.

Пострадавшие вновь обратились в суд с требованием компенсировать причиненный им вред. В итоге в 2016 году Свердловский областной суд обязал клинику выплатить женщинам по 5 миллионов рублей каждой.

 

Лечили от остеохондроза — оказалось генетическое заболевание

Людмилу Кузьмину из Электростали 13 лет безуспешно лечили от остеохондроза. Однажды она неудачно упала и повредила спину. Врачи предположили частичный перелом позвоночника, но диагноз не подтвердился, и женщине сказали, что это остеохондроз. Кузьмина мучилась от сильных болей, пила лекарства, потом согласилась на операцию, но и она не принесла облегчения.

Тогда сын отвез Кузьмину в Москву, где у нее диагностировали редкое (3–8 случаев на 100 тысяч человек) врожденное заболевание — мальформацию Арнольда — Киари.

При этом заболевании мозжечок опускается вниз, в большое затылочное отверстие, и сдавливает продолговатый мозг — это и есть причина сильных болей. Женщина перенесла две операции и сейчас живет на лекарствах.

Московские врачи говорят, что упущено слишком много времени: если бы МРТ сделали 5–7 лет назад, последствий было бы меньше. 

Врач-невролог, который диагностировал у Кузьминой остеохондроз, давно на пенсии, но Кузьмина все равно собирается обратиться в суд и получить компенсацию.

Источник: https://snob.ru/entry/157352/

Врачебные ошибки: «темная» сторона медицины

Медицинские ошибки примеры

Патологоанатом Олег Иноземцев представил обзор самых частых причин летальных ятрогений

Секционный зал. Очередное рядовое вскрытие. Передо мной мужчина средних лет. Клиницисты ставили прижизненный диагноз «Тромбоз мезентериальных сосудов и некроз кишечника».

Но ревизия брюшной полости показала наличие геморрагического панкреонекроза. И вот казалось бы «рядовое» вскрытие стало показательным примером ятрогении в хирургической практике.

И таких примеров за трудовую деятельность врача-патологоанатома накапливается много.

Когда врачи оказываются бессильны и пациент умирает, начинаю свою работу я — патологоанатом. Вначале за секционным столом, затем — в гистологической лаборатории. Кроме установления точной причины смерти пациента, мне важно выяснить, есть ли расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов.

Если расхождение есть, каждый раз я испытываю разочарование в несовершенстве медицинской науки, в неграмотности коллег и задумываюсь об их ответственности. Основываясь на собственных наблюдениях, я составил свой личный топ самых распространенных врачебных ошибок, приводящих к смерти пациента, и привел истории-иллюстрации.

Пойдем от самого частого к менее частому.

1. Молниеносные ситуации

Пример из личного опыта: молодой человек 20‑ти лет заболел ОРВИ, которая началась с озноба, повышения температуры тела, кашля, насморка. Было начато симптоматическое лечение. Но через четыре дня состояние больного резко ухудшилось, диагноз — «пневмония».

Заболевание протекало стремительно, и через сутки больной экзитировал. Патологоанатомическое вскрытие подтвердило наличие воспаления лёгких.

Почему такое заболевание, как банальная пневмония, которая чаще всего заканчивается благополучно, привела к страшному финалу?! Причина ятрогении кроется в поздней диагностике заболевания и молниеносном его течении.

Впервые понятие «ятрогения» предложил немецкий психиатр Освальд Бумке в 1925 году. Данным термином он предложил обозначать психогенные заболевания, возникающие вследствие неосторожного врачебного высказывания (с греческого языка: iatros — врач, genes — порождающий, т. е. «болезнь, порожденная врачом»).

Согласно МКБ-10 под ятрогенией понимают любые неблагоприятные или нежелательные последствия медицинских процедур (профилактических, диагностических и лечебных вмешательств).

Сюда же надо отнести осложнения лечебных процедур, которые стали следствием действий медицинского работника, независимо от того, ошибочными или правильными они были.

На заметку: Одна только возможность молниеносного течения заболеваний заставляет начинать лечение как можно раньше и соответствующими дозами эффективных препаратов.

2. Инвазивные методики

Больная с подозрением на язвенную болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки была направлена на фиброгастродуоденоскопию. Во время процедуры произошла перфорация задней стенки глотки.

Дефект сразу не обнаружили, развилась флегмона шеи с глубокой интоксикацией, пациентка скончалась. Еще один пример: у больного дивертикулез нисходящей и сигмовидной кишки. Назначена колоноскопия.

При ее проведении произошел разрыв толстого кишечника в области ректосигмоидного угла с обильным кровотечением, и смерть больного от кровопотери.

На заметку: Направлять пациентов на инвазивные методы диагностики стоит только по строгим показаниям, а проведение эндоскопических вмешательств и лечебных процедур должно осуществляться с предельной осторожностью под контролем видеоэндоскопической техники.

3. Болезни от «лекарства»

Мужчина 55 лет длительное время страдает обменным артритом. Заболел остро после приёма комбинированного НПВП. Сразу же появилась сыпь на кожных покровах, изменения в анализах крови (повышение СОЭ и лейкоцитоз). Позже появилась тяжелая одышка, боли в груди, поясничной области. Лечение не давало положительных результатов.

Состояние прогрессивно ухудшалось, и вскоре больной скончался. На аутопсии макроскопических изменений практически не обнаружено.

Однако, гистологическое исследование внутренних органов выявило серозно-продуктивное воспаление с преобладанием лимфоцитарных и макрофагальных инфильтратов, пролиферативно — мембранозный гломерулонефрит, эндокардит, межуточную пневмонию и гепатит.

Непереносимость или сверхчувствительность к определенным лекарственным препаратам и процедурам (радиотерапия, рентгенотерапия, наркоз) встречается часто.

Непереносимость лекарственных препаратов достигает 10—20%, и 0,5—5% больным требуется лечение от лекарственных осложнений. Своевременная отмена препаратов позволяет избежать непредвиденных грозных осложнений, например, анафилактического шока или острого гемолиза.

Но если доктор не связывает тяжесть состояния больного с применением препарата и не отменит его, то не исключен смертельный исход.

На заметку: При назначении любого лекарственного препарата нужно помнить, что может развиться нежелательная реакция. Из личного опыта вспоминаются серьезные изъязвления слизистой оболочки желудка и кровотечение со смертельным исходом при приеме НПВС. Ульцерогенным свойством также обладают цитостатики, глюкокортикоиды, тетрациклин, кофеин, резерпин и т. д.

Остерегаться аллергических реакций особенно следует при приёме антибиотиков, сульфаниламидных препаратов, ненаркотических анальгетиков, местных анестетиков, противоэпилептических средств, препаратов йода, мышьяка, ртути. Последствия при этом не зависят от дозы: даже одна таблетка может привести к тяжелым осложнениям.

4. «Маскировка»

Бывают случаи, которые требуют разграничения понятия врачебная ошибка и врачебный проступок. Приведу пример. Поступает больной с жалобами на боль в животе, тошноту, рвоту.

Лечащий врач, а позже и консилиум, заключил: у больного обострение хронического холецистопанкреатита. Было назначено соответствующее лечение, но оно не дало положительных результатов. Состояние больного ухудшалось, и вскоре он скончался.

При проведении патологоанатомического вскрытия был обнаружен острый инфаркт миокарда. Очевидно, имела место абдоминальная форма инфаркта без типичных загрудинных болей.

Как поступить в данном случае: привлечь врача к уголовной ответственности? Врачебный проступок или врачебная ошибка? В этом случае речь, конечно же, о врачебной ошибке, так как заболевание имело атипичное течение.

На заметку: Клиницисты всегда должны помнить о том, что многие заболевания имеют похожие симптомы и «маскируются», приводя врача в заблуждение. Поэтому никогда не забываем о дифференциальной диагностике: сопоставив несколько заболеваний с похожими симптомами, выйдем на верный диагноз.

5. Атипичная история

В хирургии порой бывает так, что правильно проведенное оперативное вмешательство приводит к летальному исходу. Пример? Он был описан в 1983 году в книге Натана Владимировича Эльштейна «Диалог о медицине». У больной удалили миндалины.

Операция простая, проводится часто и обычно не имеет последствий. Но у этой пациентки открылось кровотечение из операционной раны. Дело в том, что у больной имелось атипичное расположение кровеносного сосуда, и этот сосуд был поврежден во время вмешательства.

К счастью, кровотечение было вовремя остановлено. Но как мог хирург предусмотреть наличие этой аномалии?! Это типичный случай хирургической ятрогении, которую сложно предугадать.

И очень тяжело бывает в таком случае объяснить родственникам больной, почему и как простая операция могла привести к трагическому исходу.

На заметку: Хирургам не стоит забывать, что человеческий организм не идеален, органы и сосуды могут иметь атипичное расположение. Заподозрить и быть готовым к «неожиданностям» иногда можно по внешним аномалиям (стигмам).

Например, при каком‑либо хирургическом вмешательстве у больного с синдромом Морфана с явными внешними стигмами возможен разрыв расслаивающей аневризмы аорты, встречающейся при данном синдроме.

При любых сомнениях лучше подстраховаться, сделав дополнительные исследования (ангиографию, УЗИ и т. д.).

6. Страшная вещь — статистика

Больная 35 лет поступила в гематологическое отделение больницы с увеличенными лимфатическими узлами в нескольких областях тела, увеличением печени и селезенки. Также присутствовали кашель, одышка.

В ОАК выявили анемию, а при рентгенологическом исследовании в ткани легкого обнаружили участок затемнения 4×5 сантиметров и геморрагический выпот (пунктат) в плевральных полостях.

Был взят мазок из увеличенных лимфатических узлов, в котором обнаружили клетки Березовского — Штернберга и ретикулярные клетки. На основании этих данных поставили диагноз: лимфогранулематоз. Назначено лечение. Вскоре больная умерла.

При патологоанатомическом вскрытии обнаружен рак бронха с метастазами в лимфатические узлы и печень. Клинический и патологоанатомический диагноз не совпали из‑за неверной диагностики и лечения.

Этот курьезный случай ятрогении «от слова», закончившийся смертью пациентки, произошел в моей практике. У женщины была хроническая ишемическая болезнь сердца. Её это, естественно, беспокоило как физически, так и психологически.

И чтобы как‑то успокоить свою пациентку, лечащий врач «подбодрил» больную, сказав ей, что все будет хорошо, и что она раньше него самого не умрет. Роковая случайность привела к тому, что лечащий доктор умер на следующий день от внутримозгового кровоизлияния.

А пациентка, узнав о его смерти, скончалась через несколько дней от инфаркта миокарда.

Что послужило ошибкой в диагностике? Врачам известно, что рак легкого у молодых женщин встречается редко, примерно в 5–6 раз реже, чем у мужчин. Этот факт «отсеял» гипотезу о раке легкого. Затем резкое и распространенное увеличение лимфатических узлов вызвало подозрение на лимфогранулематоз.

Также клиницисты неверно истолковали геморрагический характер выпота, который говорил о раке легкого, и неправильно интерпретировали данные цитологического исследования из лимфоузлов. Необходимо было взять биопсию из лимфоузла на гистологическую диагностику, что не было проведено.

В данном случае верный диагноз вряд ли бы смог способствовать выздоровлению, но факт ятрогении присутствует.

На заметку: преподаватель по пропедевтике говорил нам, студентам-медикам: «Если вы будете думать о статистике, то никогда не поставите правильный диагноз». Он был чертовски прав. Кроме того, если при определенном состоянии разработан стандарт диагностики — следуйте ему.

Ради общего дела

Дело патологоанатомов — не уличение лечащего врача в допущенных ошибках, не моральное его поражение (иногда и материальное), но помощь врачу на допущенных ошибках учиться. Каждый раз, проводя разбор, а также приглашая врачей на аутопсии, я надеюсь, что эти нелегкие «учебные» мероприятия отсрочат следующий случай ятрогении с летальным исходом.

Источник: https://www.katrenstyle.ru/articles/journal/medicine/ethics/vrachebnyie_oshibki_temnaya_storona_meditsinyi

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.